Главная Мифы Персей
Персей

Королевы Франции Брусника Интересные факты Зимующие птицы Звери зимой Насекомые зимой Перелётные птицы

Персей с головой горгоны Медузы

Персей — в мифах Древней Греции герой, сын Зевса и Данаи. Родиной Персея является город Аргос. Его дедом был царь Аргоса – Акрисий. Аргосские граждане о подвигах Акрисия ничего не знают, а знают только о его вечных ссорах с Претом, его братом-близнецом, которого он заставил переселиться в соседний Тиринф. А вот дочь Акрисия – Даная – красавица, какой еще свет не видал. У Данаи согласно предсказанию оракула должен родиться мальчик, который свергнет и убьет деда.

Чтобы девушка никогда не забеременела, Акрисий заключил дочь в подземелье, но к ней в виде золотого дождя проник Зевс, и Даная родила Персея. Узнав об этом, Акрисий повелел посадить внука и дочь в ящик и бросить его в море. Волны вынесли ящик на остров Сериф, где рыбак Диктис спас ребенка и мать.

Брат рыбака, царь острова Полидект, воспылал страстью к Данае. А Персей, как и положено сыну Зевса, сказочно быстро вырос в богатыря. Чтобы отделаться от Персея, Полидект предложил юноше добыть голову горгоны Медузы, взгляд которой всё живое обращал в камень. Гермес и Афина помогли Персею, который добрался до вещих старух — трех сестер Грай, имевших один глаз и один зуб на троих.

Персей хитростью похитил у Грай этот зуб и глаз и вернул их в обмен на волшебный шлем Аида (шапку-невидимку), крылатые сандалии и мешок. Грайи показали Персею путь к Горгонам. Персей, наученный Афиной, чтобы не превратиться в камень, наблюдал за горгоной Медузой по ее отражению в полированном щите и отрубил ей голову. Возвращаясь, герой пролетал над скалой, к которой была прикована прекрасная Андромеда, обреченная на съедение морскому чудовищу. Персей убил чудовище и женился на Андромеде. Прибыв на Сериф, Персей застал мать в храме, где она вынуждена была скрываться от преследований Полидекта. Персей, показав ему голову Медузы Горгоны, обратил Полидекта в камень.

Исполнив подвиг, Персей отдал шлем-невидимку и сандалии нимфам, а голову Медузы-Горгоны — Афине. Персей отправился в Аргос, желая увидеть деда, и там во время игр случайно убил Акрисия брошенным диском. Не желая царствовать в Аргосе после нечаянного убийства деда, Персей оставил трон своему родичу Мегапенфу, а сам уехал в Тиринф.

Персей считался основателем Микен. По воле Афины после смерти герой стал созвездием.

 

А вот что говорится об этих событиях в поэме древнеримского поэта Овидия «Метамлрфозы».

Пересказ Георга Штоля

Аргосскому царю Акрисию, внуку Линкея, возвещено было оракулом, что у дочери его Данаи родится сын, от которого ему суждено быть убитым. Желая избежать этого, Акрисий заключил дочь свою в подземные медно-каменные покои; но золотым дождем проник туда Зевс, и Даная родила сына Персея, предызбранного судьбою для великих подвигов. Когда царь услыхал крик мальчика, игравшего в подземной темнице, он вывел из нее и мать, и малютку и, заключив их в ящик, пустил по широкому морю. Долго несчастная мать с любимым малюткой носилась по бушующим волнам, и наконец приплыла к острову Серифу. Диктис, в то время ловивший близ берега рыбу, вытащил ящик на берег и Данаю с сыном привел к брату своему Полидекту, царю острова. Радушно принял их царь, удержал у себя и Персею дал тщательное воспитание. Но впоследствии, когда Персей — уже юноша — стал препятствовать насильному браку царя с Данаей, Полидект не взлюбил его, решился избавиться от него навсегда и для этого поручил ему достать голову Медузы.

 

Три страшные горгоны: Сфено, Эвриала и Медуза, из которых лишь последняя не была бессмертна, обитали на самом крайнем западе, в области ночи и смерти. Это были крылатые, змеевласые девы, с таким страшным лицом и взором, что обращали в камень всякого одним своим видом. Полидект, стало быть, мог надеяться, что Персею не воротиться от них. Но боги помогли юноше, достойному Зевсову сыну: за него были мудрая Афина да Гермес хитроумный. С мужеством в сердце, юноша отправляется в путь и, после долгих странствий, прибыл он к сестрам горгон граям [13] . Эти старухи так и родились с седыми волосами, и у всех трех старух был один только глаз и один зуб, которыми они пользовались поочередно; они стерегли горгон и только одни знали путь к ним. Путь этот вел прежде всего к нимфам; нимфы дали Персею окрыленные сандалии, которые могли поддерживать его на воздухе, мешок и Гадесов [14] шлем-невидимку; Гермес дал ему серповидный меч, а Афина — металлический, гладкий, светлый, как зеркало, щит. В этом вооружении Персей прибыл к горгонам. Страшные сестры спали. Персей мгновенно отрубил Медузе голову и бросил ее в мешок, данный ему нимфами. Все это совершил он, держа перед собой зеркально гладкий щит Афины, — дабы видеть таким образом Медузу, от которой он отвратил лицо: знал он, что вид Медузы обращает в камень. Из туловища обезглавленной горгоны возник крылатый конь Пегас и исполин Хрисаор — создания Посейдона-бога.

 

Только что окончил Персей свое дело, как проснулись обе Медузины сестры. Чтоб избежать их преследования, Персей надел шлем-невидимку и в окрыленных своих сандалиях полетел в обратный путь. Когда пролетал он над Ливийской пустыней, на землю упали капли медузиной крови; из этой крови возникли ядовитые ехидны, и с тех пор Ливия кишит ими. Скоро потом бурные ветры устремились на Персея и стали носить его то в ту, то в другую сторону. К вечеру достиг он крайнего запада, царства исполина Атланта и, не желая ночью вверяться непостоянным ветрам, опустился на землю.

 

Атлант был богатый царь; у него было много стад и роскошных, обширных садов. В одном из садов находилось дерево с золотыми ветвями, листьями и плодами. Еще в глубокой древности предречено было Атланту, что придет некогда сын Зевса [15] и снимет с дерева золотые плоды. Высокой крепкой стеной исполин окружил сад, золотые яблоки поручил охранять Гесперидам и страшному дракону и ни одного чужеземца не велел им подпускать к своим пределам. Когда Персей, назвав себя сыном Зевса, стал просить у него гостеприимства, Атлант припомнил древнее предсказание, грозными словами стал гнать от себя юношу и уже хотел прибегнуть к насилию, как вдруг Персей вынул голову горгоны и показал ее исполину. Не смог Атлант устоять перед ее страшной силой: кости его обратились в камень, голова стала вершиной горы, плечи и руки стали отрогами гор, борода и пряди волос превратились в густые леса. И подымается, и разрастается гора эта до необъятных размеров; вот поднялась она до неба, и, по воле богов, небо всею тяжестью своею, со всеми звездами покоится с тех пор на плечах Атланта.

 

На другой день рано утром герой опять поднялся на воздух. Было тихо; долго летел Персей и наконец прибыл он на берег Эфиопии, в страну Кефея. Там на пустынном и скалистом берегу увидел он прекрасную Андромеду, дочь Кефея и Кассиопеи. Дочери выпало на долю искупить надменную речь матери, похвалившейся, что она прекраснее всех нимф морских. Разгневанные нимфы жалуются Посейдону и просят его отомстить за них. Посейдон послал великий потоп на Эфиопскую землю и страшное морское чудовище, которое, выходя из моря, поглощало людей и животных. Оракул Зевса Аммона [16] возвестил Кефея, что он должен отдать дочь свою на съедение морскому чудовищу, и народ принудил царя исполнить веление оракула.

 

Персей увидал прикованную к скале Андромеду. Неподвижная, стояла она, и ни один ветерок не коснулся кудрей ее, и если б не видно было горючих слез, он принял бы ее за мраморную статую. Дивится юноша деве — почти не правит он крыльями — любовь овладела его сердцем. Тотчас же спускается он к ней, спрашивает, кто она, из какой страны, за что прикована к этой скале? Дева молчит, не смеет вымолвить юноше слова. Она стыдливо покрыла б лицо свое, если б не была скована; теперь же она могла лишь проливать обильные слезы. Персей настаивает, и дева, не желая, чтобы он счел ее виновной, называет себя, свою родину и рассказывает о проступке матери. Еще не кончила она, как зашумели волны, и чудовище вышло из глубины и поплыло, покрывая грудью все прибрежье. Ужаснулась дева, вскрикнула; на крик прибежали к ней злосчастные родители, заключают узницу дочь в объятия. Помощи не принесли они, принесли лишь жалобные стоны и плач. «Поберегите слезы, — кричит им чужеземец, — спасение близко. Я Персей, сын Зевса и Данаи, Персей, умертвивший горгону: зятя такого, как я, конечно, не стыдно иметь вам; отдайте мне вашу дочь, если, при помощи богов, спасу ее». Родители охотно принимают предложение и умоляют его спасти дочь да еще в приданое обещают собственное царство.

 

Вот подплывает чудовище, бороздя волны, как быстровесельный корабль, и когда приблизилось оно на такое расстояние, что в него можно было добросить камнем, юноша поднялся на воздух. В зеркальной глади вод зверь увидел тень его и бешено бросился на нее; как орел налетает на змею, так налетел он на чудовище и глубоко вонзил в него меч. В страшных муках то взлетает оно на воздух, то бросается в сторону, как дикий вепрь, преследуемый собаками. Быстрые крылья помогают юноше уклониться от врага, сам же он наносит ему рану за раной, и вот — потоком хлынула из пасти зверя черная кровь. В жаркой битве вымокли крылья Персея и едва ли донесли б его до берега: но вовремя увидел он подымающуюся из волн вершину подводной скалы и стал на нее. Придерживаясь левой рукой за камень, правой нанес он чудовищу еще несколько ударов. Истекая кровью, упало оно на дно моря.

Громкие крики одобрения раздались по прибрежью, и вторило им просторное небо. Обрадовались Кефей и Кассиопея, приветными словами встретили они спасителя дочери, а своего нареченного зятя, и вместе с дочерью повели его в свой блистающий золотом дворец, где тотчас же устроили свадебный праздник. На свадьбе присутствуют с факелами в руках Амур и Гименей; фимиам и душистые цветы разливают свое благоухание, звуки флейт и лир и радостные песни раздаются по горницам. Длинной вереницей садятся за стол гости; пьют они сладкий веселящий сердце сок винограда и внимают Персею: он рассказывал про свои приключения. Но вдруг во дворце послышался стук оружия и раздались военные клики. Брат царя Финей, домогавшийся прежде руки своей племянницы, но покинувший ее в черные дни, с вооруженной толпой ворвался во дворец и потребовал своей невесты. Уже поднял он копье на Персея, но царь заслонил его и сказал брату: «Что замышляешь ты, брат безумный? Персей не отнимал у тебя невесты: Андромеда не была уже твоею в то время, когда, прикованная к скале, не дождалась помощи от тебя, своего жениха и дяди. Что бы самому тебе совершить великий подвиг: дева была бы тебе наградой».

 

Ответа не было. Онемев от злобы, Финей глядел то на брата, то на Персея и не знал, в кого прежде бросить копье. Но вот решился: из всех сил — силы придала ему злость — метнул он копьем и юношу, да не попал, копье вонзилось и подушку. Тут вскочил со своего места Персей и тем же копьем наверное пронзил бы Финею грудь, когда бы не скрылся он быстро за жертвенником. Вместо него был ранен один из спутников Финея. Началась тогда кровавая схватка: все новые и новые толпы приходили на помощь Финею — трудно было устоять против них малочисленным противникам. Персей бился как лев; наконец его окружили со всех сторон тысячи врагов с самим Финеем во главе, и градом со всех сторон посыпались на Персея стрелы. Прислонясь к колонне, он отбивался от нескольких тысяч врагов. Толпами падали они, но наконец мужество его должно было уступить численному превосходству, и Персей решился на последнее средство. «Прибегну же к старому врагу — когда вы меня к тому вынудили. Кто друг мне, обернись назад!» — сказал он и вынул голову горгоны. «Пугай других своими диковинками», — воскликнул один из противников и хотел: бросить в Персея копье, как вдруг превратился в каменную статую: так и остался он с поднятым копьем. Один за другим окаменели враги героя; наконец у Финея осталось всего двести приверженцев: высоко подняв голову горгоны, Персей сразу обратил всех их в камень.

 

Тут только спохватился Финей, почувствовал свою неправду. В отчаянии оглядывается он вокруг; справа и слева ничего нет, кроме статуй в самых разнообразных положениях. Друзей узнает он в этих статуях зовет их по имени; не желая верить глазам своим, он дотрагивается до ближайших из них, — все они превратились в камень! Ужаснулся Финей, с мольбой простер к победителю руки и, отвратив от него лицо, сказал: «Ты победил, Персей; спрячь чудовище, спрячь ужасную голову; только жизнь оставь мне, бери невесту, бери все добро мое». Гневно воскликнул Персей: «Не беспокойся, тебя не коснется железо: несокрушимым памятником поставлю я тебя в доме моего тестя, пусть образ прежнего жениха будет утехой моей супруге». Так, насмехаясь, сказал он и поднял перед ним медузину голову. Как ни уклонялся Финей, Персей заставил его взглянуть на страшную голову, и Финей превратился в каменную статую. Но и по превращении сохранил он тот же пугливый, тот же униженный вид, те же поникшие руки.

 

Скоро после тою Персей с молодой супругой отправился на остров Сериф. Мать свою нашел он в храме, где укрывалась она от Полидекта, хотевшего насильно жениться на ней. Вовремя прибыл сын, он спас свою мать и отомстил за все: в камень обратил Полидекта в то время, как он бражничал на роскошном пиру. Власть над островом отдал Персей Диктису, который ему и Данае выказывал всегда такую нежную дружбу. Сандалии Персей возвратил Гермесу, а Гермес — нимфам. Он же доставил Гадесу шлем-невидимку. Голову медузы получила в дар Афина Паллада и прикрепила ее к своему панцирю.

 

Затем Персей с женой и матерью отправился в Аргос. Дед его Акрисий, не забывший о старинном предсказании оракула, убежал из Аргоса, как только узнал о приближении внука, но бегство не укрыло его от неизбежного рока. Царь города Лариссы устроил в честь отца своего похоронные игры, в которых принял участие и Персей. Тут нечаянно нанес он деду своему диском смертельный удар. Узнав, кто был убитый им незнакомец, Персей похоронил его со всевозможным великолепием. Герой боялся оставить за собой наследие убитого им деда и власть над Аргосом передал одному из своих родственников, Мегапенту, а себе взял Тиринфское царство.